Альманах
"Будущее прав человека
в России"

Выпуск №1

Из эссе "Офисная целина"
А.В. Овсянниковой

"Пять дней в неделю в 9 или 10 часов утра в провинции и в 10 или 11 часов утра в столице легионы офисных работников включают свои компьютеры. Сколько их? - никто не знает. В Общероссийском классификаторе занятий понятия "офисный служащий" нет. Составить грубую прикидку позволяет статистика численности занятых в экономике: на конец ноября 2004 г. в России было чуть более 4,5 миллиона "среднего персонала в области финансово-экономической, административной и социальной деятельности" и "работников, занятых подготовкой информации, оформлением документации и учетом".[1] В их число, скорее всего, не входят IT-специалисты, исследователи, проект-менеджеры, дизайнеры и копирайтеры всех мастей и многие другие, проводящие свой рабочий день за монитором, телефоном, бумагами, составлением текстов и участием во встречах и совещаниях, с перерывом на обед. Разумеется, статистика не учитывает и работающих "по-черному", без оформления. Так что, ориентируясь на цифру порядка 10 миллионов человек, вряд ли мы сильно погрешим против истины.

Это очень много. Слишком много, чтобы вслед за официальной статистикой не замечать масштаба явления. Офис не только покупает треть жизни, но и выплескивается за ее пределы, определяя и видоизменяя оставшиеся две трети. Офис задает критерии, которым каждый конторский служащий обязан соответствовать, не важно, делает он карьеру или доволен статус-кво. Офисный образ жизни порождает культуру, набор правил и ценностей, образ жизни, социальную модель. Именно в офисах трудится средний класс. В России он не обеспечивает ни электорального большинства, ни национального богатства для присосавшейся к нефтяной и газовой трубе экономики. В этом парадоксальность его положения, поскольку будучи средним классом он все-таки занимает центральное положение в социальной структуре. Обходя офисный люд стороной, гражданская деятельность обрекает себя на маргинализацию…"

"…Офис - территория массового нарушения прав работников.

Оно может быть прямым и очевидным, как, например, переработки, не просто широко практикуемые, но и считающиеся во многих компаниях и целых отраслях хорошим тоном, давно вошедшие в норму. Тут и рабочие выходные (распространенная идеологема: "Если ты не справляешься с работой в урочное время, значит, ты плохо работаешь"; при этом норму выработки для офисного работника, в отличие от рабочего на конвейере, установить зачастую невозможно), и двухнедельный отпуск, и поздние совещания. Для офисов типична скорая и жесткая расправа с увольняемыми,[2] невыполнение льгот, связанных с учебой, материнством, болезнью и т.п.

Как и в любой другой области занятости, сверхэксплуатации способствует "черная" или "серая" схема оплаты труда. Работнику, который требует 40-часовой рабочей недели, достаточно перестать выдавать "конвертную" часть зарплаты, после чего он, скорее всего, очень быстро уволится сам. Ужесточения налогового контроля последних лет и некоторое "окультуривание" российского рынка, его интеграция в мировую экономику привели к заметной легализации зарплат (и, кстати, постепенному отмиранию наиболее диких нарушений трудового права, таких, к примеру, как штрафы за малейшие нарушения). Но ничто не мешает вместо конверта пользоваться "бонусом", который начисляется и выплачивается по усмотрению руководства. Если бонус составляет основную часть дохода работника, то он как средство давления ничуть не хуже конверта и даже лучше, поскольку лишает рассерженного работника такого средства давления, как сообщение "куда следует" по поводу неуплаты фирмой налогов…"

"…Отдельное и специфичное именно для офисной культуры явление - корпоративные тренинги и корпоративные вечеринки. Они сплошь и рядом назначаются на нерабочее время, компания преподносит их как подарок, как большое одолжение работнику, как проявление отеческой о нем заботы.[3] Но не ходить туда - не "нельзя", а "невозможно". И в случае с тренингами хорошо еще, если с сотрудника не берут расписку об обязательстве возместить фирме стоимость обучения при увольнении по собственному желанию ранее некоторого оговоренного срока.

Сплошь и рядом в офисах небольших, небогатых фирм грубо нарушаются формальные и неформальные эргономические нормы. Люди работают в помещениях без окон, в душных, плохо проветриваемых помещениях, в условиях скученности, недостаточной освещенности и т.п.

"Но и это еще не все", как говорят в рекламных роликах телемагазинов. Понятие о приватности, о неприкосновенности частной жизни в офисе сплошь и рядом воспринимается как оксюморон, "работа" и "частное" в одном измерении не уживаются. Право, порой хочется читать краткий курс марксизма, объясняя, что за зарплату человек продает свой товар "рабочая сила", а не сдает в аренду на 8-10 часов в день бренное тело и бессмертную душу.

Такие правила, как:

  • запрет пользования личным мобильным телефоном в офисе, официально мотивируемый невозможностью прослушать такой разговор, либо, наоборот, запрет на звонки по личным вопросам с рабочего телефона, даже если мать хочет убедиться, что ребенок благополучно вернулся из школы,

  • обыск на входе и выходе, связанный с запретом проноса любых устройств, могущих быть использованными как носители информации,

  • работа в запертом снаружи офисном помещении,

  • камеры видеонаблюдения (вплоть до сортиров![4]),

  • ограничения и контроль Интернет-трафика (я знаю несколько организаций, где в официальные должностные обязанности сетевого администратора входит "снятие" cookies и журнала с браузеров сотрудников; эта сводка кладется на стол начальнику),

  • регламентация чаепития (в буквальном, а не социальном смысле слова), например, запрет пить чай на рабочем месте или запрет пить чай более двух раз в день,

  • материальное поощрение некурящих сотрудников, отсутствие в офисном помещении мест для курения (т.е. курить - на улицу, даже зимой), регламентация количества перекуров,

  • психологическое тестирование и медицинское освидетельствование при приеме на работу (подчеркну: на работу клерка, а не авиадиспетчера или повара комбината детского питания), результат которого частенько направляется руководству, но не самому пациенту (большой привет клятве Гиппократа),

  • обязательное коллективное отправление своеобразных культурных и религиозных обычаев, если ими увлекается руководство,

  • дресс-код, включающий, бывает, запрет на ношение чулок (под юбкой!) и требования к макияжу,

  • неудобная, громоздкая пропускная система,

  • считаются в порядке вещей и никем, зачастую включая самих офисных тружеников, не воспринимаются как нечто неприемлемое. Некоторые замечают, что это неудобно, некомфортно; но мысль о том, что "так нельзя", весьма экзотична…"[5]

"…Я возьму на себя смелость предположить, что главный враг гражданской, в том числе правозащитной, деятельности - не государство с его подчас весьма экстравагантными выходками и не активные консерваторы с их ксенофобией и великодержавностью. Главный враг - это десять миллионов людей, для такой деятельности закрытых. Это вязкая, ватная среда с колоссальной инерцией, среда, в которой ничто не резонирует. Это среда, из которой практически невозможно рекрутировать гражданских активистов, и, хуже того, среда, которой крайне сложно "продать" какие-то отличные от ее собственных представления об успехе и критерии успешности…"

"…Для мэйнстрима правозащиты клерки - действительно не целевая "клиентская группа". Недепривированная, нестигматизированная, никаким особенным ужасам не подвергается. Но сбрасывать их со счетов как целевую аудиторию было бы по меньшей мере легкомысленно".

Полный вариант эссе "Офисная целина" будет размещен на сайте 1 марта.

 

Анастасия Викторовна Овсянникова
- эксперт проекта "Будущее прав человека в России"

Анастасия Викторовна Овсянникова


[1] http://www.gks.ru/free_doc/2005/b05_13/05-09.htm (вернуться)

[2] Примеры из Интернета: увольнение с мотивировкой "неправильная аура"; увольнение сотрудника, которому босс позвонил по какой-то надобности в субботу вечером и обнаружил, что тот нетрезв; попытка увольнения сотрудницы за глупый, пошлый текст приветствия на автоответчике мобильного телефона; увольнение секретаря за то, что пила кофе с подругой - секретарем в конкурирующей фирме. Моя подруга, очень полная, потеряла работу секретаря при смене начальника; нового босса не устроила ее комплекция. (вернуться)

[3] Вот, пожалуйста: в составленный Институтом Европы рейтинг ста компаний, где служащим приятнее всего работать, попала бельгийская фирма Coffinimmo. Попала за то, что, когда в нее нанимают нового работника, весь персонал (около ста человек) выезжает на уикенд на турбазу за счет работодателя. http://www.vz.ru/society/2006/5/21/34452.html. Другой пример (правда, это слух): в некоей российской организации сотрудникам за счет фирмы выдали абонементы в фитнес-клуб, а потом штрафовали за непосещение. (вернуться)

[4] Непроверенный слух: на одном из гигантов отечественной промышленности, говорят, сотрудникам конторы выдают два талончика на посещение туалета на день. (вернуться)

[5] Богатая коллекция такого рода "офисных заморочек" собрана в этой записи в ЖЖ трехлетней давности: http://zurfreude.livejournal.com/312545.html. Предупреждение: в комментариях в изобилии содержатся непарламентские выражения. (вернуться)